08:44 | 20 августа, 2017

Роман Михайлов: о проектах, Украине и современном искусстве

Роман Михайлов — молодой украинский художник, драматические работы которого принесли ему известность как в Украине, так и заграницей. Только за последний год Роман создал масштабные инсталляции на фасаде средневекового храма в центре Парижа и посольства Украины в Польше; стал финалистом премии PinchukArtCentre и конкурса для молодых британских и украинских художников «UK/RAINE», в котором победил в номинации «Инсталляция».
Роман Михайлов Роман Михайлов

Роман закончил Харьковскую академию дизайна и искусств. За плечами 26-летнего художника десятки проектов на лучших площадках Украины. Его резюме удивляет разнообразием жанров и техник: инсталляция, скульптура, графика, живопись, объекты, видео и перформанс. В своих работах, объединяющих тонкую концептуальность с крайне эмоциональной драматичной эстетикой, Роман затрагивает темы деконструкции и создания, отсылающие к актуальному социально-политическому контексту. Обращаясь к истории, автор рассказывает зрителю о переживаниях миграции, агрессии и хрупкости бытия.

Журналист HUDRUK.COM поговорил с Романом о его проектах, Украине и современном искусстве.

Роман Михайлов — проект «На линии огня» Роман Михайлов — проект «На линии огня»
О ЛЮДЯХ

У нас принято все ругать. Я родом из Каменной Яруги, это небольшое село под Харьковом в 100 км от границы. Там сегодня живут мои родители. Я переехал в Киев почти 2 года назад. Как-то я приехал к ним после длительной поездки и задержался надолго. Я гулял и встретил много знакомых мне с детства людей. Они все жаловались на власть, страну, на то, что после Майдана (в котором они понятное дело не участвовали) их жизнь стала только хуже. Я видел этих людей год назад и понимал, что у них ничего не изменилось: они как ходили на завод, пили пиво у ларьков и ездили на своих девятках — все осталось по прежнему. И в этом есть логика. Они ничего не сделали для того, чтобы стало по-другому. Они ничего не сделали ни для себя, ни для общества, ни для страны. Роберт Кийосаки когда-то сказал на эту тему: «Чтобы иметь в жизни то, чего Вы никогда не имели, делайте то, чего раньше никогда не делали». Ведь массу вещей, которых мы ожидаем от правительства, мы можем делать и самостоятельно. Вопрос в мотивации.

Роман Михайлов  —  «Голубая доминанта» Роман Михайлов — «Голубая доминанта»
О КОРАБЛЯХ

В марте позапрошлого года мы потеряли Крым. Тогда я начал делать графику тушью, не для какой-то выставки или проекта, а скорее для себя. Таким образом я переживал эту ситуацию, переваривал ее. Через какое-то время я решил попробовать перевести рисунки в скульптуру. Исходя из того состояния, которое мне хотелось донести до зрителя, я выбрал материал: дерево и огонь. Все мои мысли и эмоции по этому поводу вылились в проект. Через полгода инсталляция из деревянных обугленных скульптур, напоминающих корабли по форме, была показана в Арсенале. Проект получил название «Тени». «Тени» — потому что скульптуры уже не корабли, не флот, а тени, воспоминания, блуждающие в пространстве. Проект был показан на многих локациях: от Одесской биеннале современного искусства до лондонской галлереи Saatchi.

Роман Михайлов — проект «Тени» Роман Михайлов — проект «Тени»
Роман Михайлов — проект «Тени» Роман Михайлов — проект «Тени»
Роман Михайлов — проект «Тени» Роман Михайлов — проект «Тени»
Роман Михайлов — проект «Тени» Роман Михайлов — проект «Тени»
О МИГРАЦИИ

С проекта «Тени» также началась моя работа над проблемами миграции, депортации и коллективной памяти. Сегодня Украина столкнулась с проблемой вынужденной или насильственной миграции особенно остро и болезненно: огромное количество переселенцев с Крыма и позднее с Востока потеряли не только свое имущество, но также связь со своей землей, своими близкими, ощущение защищенности и ориентиры в жизни, а это гораздо сложнее восстановить. Мой проект в PinchukArtCentre под названием «Радиф. Последний ребенок» более полно раскрывает эту тему через историю трагической депортации крымских тарар, произошедшей в 1944 году. Проект состоит из нескольких частей. Главный элемент — это большая (170х100 см) металлическая книга, созданная из старых железнодорожных вагонов. Она весит 330 кг. Ее страницу невозможно перевернуть одному. Эта книга — памятник тем почти 200 000 стариков, женщин и детей, которые в подобных вагонах в 1944 году были депортированы из своих домов в места совершенно не приспособленные для жизни.

Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок» Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок»
Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок» Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок»
Три видео дополняют эту историю: вид крымской степи (Родины), вид пустыни Узбекистана (места депортации) и вид Азовского моря (места другой страшной трагедии), о которой рассказывает последний, на первый взгляд не примечательный, но не менее важный объект — чаша с кристаллами соли. В первый день выставки я налил в нее воду из Азовского моря и она испарилась, образовав кристаллы. Эта соль — памятник трагедии на Арабатской стрелке, где в 1945 году были утоплены несколько десятков семей татар, которых не могли депортировать. Они не были врагами, преступниками, они просто добывали соль и были рыбаками, их вывезли на барже в море и утопили. Виноваты они были лишь в том, что жили так далеко, малочисленно и уединенно, что в спешке и суете срочной депортации о них просто забыли, а позже вывезти от них было проще избавится, чем вывезти.

Впервые я услышал эту историю от английской писательницы Лили Хай в 2014 году и она совершенно потрясла меня. Два года я думал о проекте, который смог бы рассказать ее, который смог бы стать памятником (от слова память). Искусство не дает забывать, оно раздирает старые раны, чтобы боль не давала повторяться.

Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок» Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок»
Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок» Роман Михайлов — проект «Радиф. Последний ребенок»
О ДИПЛОМАТИИ

Во время подготовки и проведения проекта «Декомпрессия» — кураторского проекта Дарьи Кольцовой в церкви Сент-Мери в Париже, мне стало ясно, что единого мнения на счет Украины, понимания того, что и почему у нас происходит, у среднего европейца нет.

Роман Михайлов — проект «Декомпрессия» Роман Михайлов — проект «Декомпрессия»
Роман Михайлов — проект «Декомпрессия» Роман Михайлов — проект «Декомпрессия»

Что обычный, не заинтересованной в иностранной политике украинец, знает о ситуации в Сирии? Отрывистые новостные сюжеты, страшные фотографии, непонятные события… Даша провела несколько десятков экскурсий для европейцев на английском и французском и почти каждый раз у нее спрашивали «Так кто же виноват: Россия или Украина?», «Почему же вы не давали говорить им на русском?» и так далее. У большинства не было позиции, мнения на этот счет, но у всех был интерес. После выставки, через персонализированные проекты украинских авторов, художников из Эстонии и Испании, им становилось понятно, что чувствовали люди до, во время и после Майдана. Это крайне важный момент: кураторская концепция состояла не в том, чтобы рассказать историю, проинформировать, а в том, чтобы ретранслировать, передать личные переживания художников. Тогда (в апреле прошлого года) было важно разъяснить, расставить точки над «і». Сегодня, как мне кажется, все изменилось. Мы слишком много говорим о войне и наших проблемах. Проблема в том, что мы почти никогда не говорим о том, как мы их решаем, почему мы это делаем, что нас мотивирует. Сегодня важно говорить о том, кто мы, что мы, как народ, из себя представляем. Мы готовы переосмысливать свою историю, искать идентификацию, мы быстро меняемся. У Украины очень выгодная позиция и сегодня она интересна. Это не будет длится вечно. Поэтому этот шанс нужно использовать, в особенности это касается креативных индустрий, за счет которых страна может сделать качественный экономический, имиджевый, гуманитарный скачок вперед.

Роман Михайлов Роман Михайлов
Роман Михайлов Роман Михайлов
О КУЛЬТУРЕ

Культура — не развлечение, она может реально влиять на общество, провоцировать изменения во всех секторах страны. Страны с развитой культурой не воюют, тем более на своей территории. Сегодня часто звучит мнение, «в стране война и поэтому деньги нужно отдавать не на культуру, а на войну». Но если мы хотим развиваться, а не только воевать — нам придется начать относится к культуре намного серьезнее. Сегодня важно создать условия для диалога между жителями разных регионов страны, между представителями различных мнений. Культура играет в этом важную роль. Кроме того, именно она поможет преодолеть последствия конфликта.

Роман Михайлов  —  «Хрупкость» Роман Михайлов — «Хрупкость»
СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО
У иностранцев как правило есть культура восприятия искусства. «Откуда она берется и почему ее нет у нас?» — спросите вы. Здесь много факторов играют роль: «насмотренность» (количество увиденного), воспитание, уважение в искусству, понимание его важности (даже если оно не нравится). Этому учат с детства, посещают выставки, разговаривают с детьми, учат их думать. Наша система образования построена на запоминании фактов, европейская и американская — на развитии способности думать, анализировать, нестандартно подходить подходить к решению задач. Современное искусство требует от зрителя работы. Оно заставляет его развиваться.
Меня веселит и расстраивает, например то, как большая часть людей ходят в PinchukArtCentre. Сначала человек стоит в очереди тридцать минут на морозе, потом заходит, все ругает и возмущается, фотографируется в туалете и уходит. Потом он рассказывает друзьям какой это бред и ужас, это современное искусство, что людям некуда тратить время и деньги, что это для отмыть репутации и не стоит внимания. Проходит какое-то время он снова идет и становится в очередь. И это повторяется годами. Но, даже эти люди, проходя подобный извращенный путь, развиваются и расширяют свой кругозор. Возможно когда-то они задумаются: «А что это за текст на стене?» и прочитают концепцию к работе и задумаются. Тогда все может изменится.

Почти полвека на нашей территории не демонстрировалось открыто современное искусство. Начались пропаганда и развлечения для средних умов. В 70х или 80х Боба Михайлова могли закрыть в тюрьме или психушке за то, что он делал. Широкие массы видели только то, что им было дозволено показывать. И вдруг в девяностых начинают говорить о каком-то современном искусстве, показывать его тем, кто искренни смеется над Малевичем и Дюшаном. Это как взять книгу на незнакомом языке и решить, что это бред и марание бумаги. Не зная языка, невозможно ее ни прочитать, ни оценить. Современное искусство требует умения его «читать». Оно «написано на незнакомом языке», это книга, часто без картинок, но с глубоким и захватывающим содержанием.

Роман Михайлов — проект «Ожог реального» Роман Михайлов — проект «Ожог реального»
О ПАВЛЕНСКОМ

Петр Павленский – вакцина, которая необходима сегодня больному обществу. Несмотря на то, что художники говорят о том, что сегодня в России невозможен акционизм, именно сегодня для акций там – самое время. То, что делает сегодня Надежда Савченко, ее последнее обращение, ее позиция, решения, еще более сильные «акции» чем то, что делает Павленский. Это должно повлиять на общество.

Роман Михайлов Роман Михайлов
19 марта 2016, 09:50
Автор: Ирина Тищенко, Ольга Бондаренко
Версия для печати
Просмотров: 3039
Поделиться:

Ссылки по теме

Комментарии 0
Зарегистрируйтесь или войдите, чтобы оставить комментарий (сейчас комментариев: 0)